Дисклеймер: данный материал является переводом эссе Артура Хейса под названием «Ради войны» (For the War) от 7 сентября 2022 года. Представленные в материале идеи — личное мнение автора. Они не должны служить основой для принятия инвестиционных решений либо быть истолкованы как рекомендации или советы для участия в инвестиционных сделках.

Ты патриот?

Ты принес клятву верности флагу?

Ты коммунист?

Ты капиталистическая свинья, которая воюет за империализм?

Ты лакей врагов?

Ты член пятой колонны, верно?

Ты буржуазный интеллигент, противник обычного человека?

Или ты со всем этим не согласен, и если так, то как ты докажешь, что готов уверенно победить врага? 

Что ты готов сделать ради войны?

1 августа 2022 года Золтан Позар отметил следующий момент в своем эссе «Война и процентные ставки»:

Война — причина инфляции.

Война может быть разных видов. Бывают горячие войны, холодные войны, и те, что Пиппа Мальмгрен называет горячими войнами, проводимыми в холодной среде — в киберпространстве, космосе или под водой. Мы включили в этот список также «коридоры власти» в Вашингтоне, Пекине и Москве, где могущественные державы сражаются в горячих войнах за технологии, товары и ресурсы. Эти горячие экономические войны стали ключевым фактором для недавнего роста инфляции.

Приведу также следующий отрывок из работы «Война и промышленная политика», опубликованной 24 августа 2022 года. 

Война — это индустрия. 

Войны не могут вестись с помощью цепочек поставок, пересекающих весь мир, где производство чипов происходит на далеких островах в Южно-Китайском море, а значит, что для их транспортировки воздушное пространство и проливы должны оставаться открытыми…

Я настоятельно советую вам прочитать обе эти работы. Золтан очень точно описывает текущую глобальную войну, в которой задействованы политические центры власти. И в то время как сражение между Украиной и Россией сейчас является единственным прямым, масштабным кинетическим конфликтом, не сомневайтесь: мы стали свидетелями многоплановой экономической войны, которая тихо ведется между ключевыми мировыми игроками. За закрытыми дверями альянс США/НАТО (ЕС) ведет активную борьбу против России/Китая. 

(Конечно, в мире идут и другие войны, и я ни в коем случае не хочу игнорировать жизни, потерянные в этих конфликтах. Но эти войны не имеют такого глобального влияния, как конфликт между НАТО и Россией/Китаем. Когда ядерные державы вступают в бой, используя альтернативные средства менее заметной войны, все мы должны внимательно следить за развитием событий. В конечном счете на кону будущее всего человечества.)

На пороге

Чтобы проиллюстрировать всю серьезность нынешнего конфликта, приведу в пример список крупнейших военных конфликтов, в которых общепринятый гегемон (гегемоны) вступал в борьбу с перспективными претендентами на их место.

Из 16 конфликтов, приведенных выше, 75% приводили к войне. История не на стороне человечества, которое надеется избежать масштабного кинетического конфликта. 

Перед тем как продолжить, я должен поделиться цитатой из шедевральной работы Дейла Коупленда «Экономическая взаимозависимость и война»: 

«Признавая, что стимулирование экономики за счет перевооружения в долгосрочной перспективе не сможет сформировать здоровую экономику, Гитлер еще сильнее начал развивать тему дилеммы снабжения»:

«У государств, существование которых во многом зависит от внешней торговли, всегда будет ярко выраженная военная слабость. Поскольку мы ведем внешнюю торговлю через морские пути, которые подвластны Великобритании, то для нас это, скорее, вопрос безопасности, чем вопрос международного обмена. В ходе войны именно это и показало всю слабость нашего положения в плане продовольствия. Единственный способ защиты в долгосрочной перспективе — приобретение огромных территорий».

История не повторяется, но она рифмуется. Я не буду говорить, что Коммунистическая партия Китая напоминает нацистов, но власти этой страны столкнулись с аналогичной дилеммой: вся морская торговля Китая происходит только с одобрения США — государства, у которого самый большой военно-морской флот в мире. (К слову, с технической точки зрения военно-морской флот Китая самый большой в мире, но командует кораблями меньшего класса и не способен вести войну через океан и в глубоководье на том же уровне, что флот США). Если американские власти пожелают, то они с легкостью смогут перекрыть Китаю доступ к Малаккскому проливу — важному морскому пути, через который проходит огромная часть китайской торговли. Более того, благодаря партнерству с Японией США могут даже перекрыть восточное побережье Китая, где находится вся экономическая власть страны. Да и не стоит забывать, что и сам военно-морской флот Японии не из последних. 

Глядя на нынешнее положение дел с этой точки зрения, можно заметить сходство торговой войны США и Китая с ситуацией в Германии и Великобритании почти век назад.

Власть государства 

Во время войны главным приоритетом становится государство. Вне зависимости от того, что считалось нормой в довоенное время, во время войны государство будет брать то, что ему необходимо. В результате этого частный сектор чаще всего вытесняется из широкого спектра товаров и услуг.

«Но это незаконно! — скажете вы. — Моя страна не пойдет на это только потому, что мы находимся в военном положении». В таком случае я вам хочу напомнить, что пандемия COVID-19 тоже была своего рода войной. Есть ли из нас те, кто не лишился личной свободы в борьбе с невидимым вирусом? Надевай маску, колись наспех одобренной «вакциной», сиди дома, не смей ходить на похороны близких тебе людей, никаких посетителей в родильном зале и так далее. Все ныли и страдали, но в конце концов преимущественно сделали то, что просили власти страны.

В условиях, когда внутренняя экономика не может произвести достаточного объема товаров и услуг, чтобы поддержать и государство, и частный сектор — государство начинает оплачивать труд граждан и поставки товаров в государственной фиатной валюте. И пока война продолжается, эта валюта становится все менее ценной, а товары все более труднодоступными. Во время предыдущих мировых войн был дефицит молока, хлеба, масла, сахара и рабочей силы. В нынешней итерации глобальной экономической войны у нас тоже наблюдается дефицит, просто он распространяется на другие вещи. Нам не хватает полупроводниковых чипов, масок, детских смесей и оружия. От этого не убежать (или, по крайней мере, так было в прошлом — но об этом позже).

Во время войны у тебя либо есть буханка хлеба, либо ее нет. Во время войны банки либо открыты, либо нет. Чтобы путешествовать во время войны, у вас либо есть нужный штамп в паспорте, либо его нет. Во время войны доступность стоит во главе стола, а стоимость уходит на второй план. А это значит, что цена товаров и услуг первой необходимости идет по неэластичной кривой.

Мы на пороге Третьей мировой войны, сражения в которой будут проходить нетрадиционными способами, и нам, как рядовым гражданам, необходимо понимать, как защитить себя и свои семьи от дихотомии «все или ничего», которая преобладает в военное время. В связи с чем встает вопрос: как нам защитить себя от государства, требующего ресурсов ради войны, в условиях отсутствия традиционной правовой защиты? 

Ранее многие думали, что наилучший способ — это хранить свои накопления в твердых драгметаллах вроде золота. Однако государство быстро распознало такой ход мышления граждан, и в попытках получить максимальную выгоду власти США запретили иметь этот блестящий камень в частной собственности. Они заставили владельцев золота продать свои слитки по сильно заниженным ценам. 

Но некоторые прилежные простаки решили не сдаваться и обменяли свои деньги на более «твердые» фиатные валюты, хранящиеся за рубежом. Но и в таком случае у государства нашелся ответ в виде контроля капитала (то есть законное ограничение вывода капитала из внутренней экономики страны).

Таким образом, если учитывать, что у государства есть подобные рычаги воздействия, которые перекрывают гражданам возможность защитить себя и свои сбережения, то какие варианты остаются у нас, чтобы обезопаситься от разрушительных последствий Третьей мировой войны? 

Разница между тем, как устроены рынки в мирное и военное время, многим понятна. И вполне вероятно, что эти люди будут использовать это понимание, чтобы создать, увеличить и/или укрепить свое богатство и власть. Постарайтесь занять именно такую позицию в этой печальной ситуации, которую мы называем глобальной тотальной войной. 

Если вы полагаете, что я преувеличиваю и драматизирую, то давайте взглянем на те беды, которые недавно коснулись Романа Абрамовича. 

В Bloomberg был опубликован отличный материал под названием «Империя Романа Абрамовича в Лондоне разваливается под воздействием санкций», где описано, чем антироссийские санкции обернулись для одного из богатейших людей в мире.

Состояние Абрамовича больше, чем каждого из тех, кто читает это эссе, за исключение барона CZ (Чанпэн Чжао — прим. ред. CryptoPizza News) и барона SBF (Сэм Бэнкман-Фрид — прим. ред. CryptoPizza News). Если вы верите в то, что богатство = власть, то вы, наверное, полагаете, что законы вас не касаются. И в большинстве случаев вы окажетесь правы. В мирное время состояние Абрамовича предоставляло ему множество привилегий в его теперь уже родном городе — Лондоне.

Но Великобритания ведет экономическую войну с Россией. И в таких условиях ты либо патриот, либо предатель — вне зависимости от степени своего богатства. К сожалению для Абрамовича, он стал держателем паспорта с неправильным флагом. 

Bloomberg описывает, как санкции сказались на его богатстве:

В особняке кремового цвета Романа Абрамовича в Кенсингтоне более дюжины спален, а фургоны с охраной расположены на каждом конце улицы. Его ближайшие соседи — магнат Лакшми Миттал и владелец Warner Music Group Лен Блаватник.

Особняк — один из активов миллиардера из России, которые он приобрел за последнее десятилетие и которые помогли ему сделать Лондон центром своего состояния. Но за последние пару месяцев эта опора дала слабину, когда его самые ценные владения — от ФК «Челси» до роскошных поместий и доли в лондонской металлургической компании Evraz Plc — после вторжения России в Украину были либо проданы, либо заморожены.

В один день закон защищает твои активы, а в другой — они оказываются замороженными или принудительно проданными. Мне понравился следующая цитата из статьи: 

«Он больше не царь горы, — сказал Дэвид Лингельбах, возглавлявший в 90-х годах российские операции Bank of America и ныне преподающий в Университете Балтимора. — Больше похоже на то, что он обороняется»

Конечно же, он обороняется! Власти Великобритании в одностороннем порядке аннулировали его права собственности без какого-либо судебного разбирательства и одним росчерком пера фактически заморозили треть его активов. Что об этом говорит традиционное право? Думаю, окажись мы в такой ситуации, мы все будем готовиться к тому, чтобы обороняться.

Но я здесь не для того, чтобы вести споры о том, насколько действия властей Великобритании были правомерными. Моя цель показать вам, что вне зависимости от степени вашего богатства и влияния в военное время любой актив с юридическим правом собственности может быть конфискован. Эти активы включают в себя ваш банковский счет, ваш портфель акций, ваш дом, вашу машину — ваше право владения этими предметами напрямую основано на том, что правительство поддерживает и защищает ваше исключительное право такого владения. В противном случае любой, у кого есть что-то такое, чем хочет завладеть кто-то еще, должен быть готов физически защищать то, что ему принадлежит.

Беды Абрамовича — прекрасный пример, но давайте вспомним времена Второй мировой войны и то, как власти разных стран обращались с недвижимостью граждан. В этом эссе я рассмотрю, как США, Великобритания, нацистская Германия и имперская Япония решали вопрос нормирования продуктов в военное время и что это значит для контроля капитала, доступа к продуктами и ценам на них, а также для вопроса владения «твердыми» валютами вроде золота. Затем я докажу, что в столь тяжелые времена (которые мы, скорее всего, застанем в том или ином виде, если Третья мировая война разрастается до крупномасштабного конфликта) биткоин — лучшее средство для защиты накоплений обычного человека.

Перед тем как начать, я должен сделать важное объявление: сейчас самое время покупать биткоин, пока у вас есть такая возможность. Как только ваш фиат будет заморожен или  власти установят контроль над движением фиатного капитала, вы больше не сможете конвертировать ваши деньги в более твердую валюту. Вы будете полностью зависеть от государства, и вам лучше надеяться, что флаг в вашем паспорте окажется на стороне победителя. Ведь именно таким образом правительство завоевывает массовую поддержку — оно просто лишает возможности куда-либо сбежать. 

Контроль за движением капитала 

Флаг, который мобилизует наибольшее количество ресурсов граждан для войны, одержит победу. Государство получит доступ к частным ресурсам либо физически (в форме продовольствия, машин, рабочей силы), либо абстрактно (в форме валюты в обороте и финансовых активов вроде акций и облигаций). Физический контроль ресурсов намного более очевидный и разрушительный для психики путь. Просто представьте себе, что представители власти постучатся к вам в дверь с требованием отдать всю еду солдатам. Или заставят работать по 8 часов в день на заводе по производству боеприпасов с зарплатой намного ниже рыночной. В таких условиях война становится реальной для обычного гражданина. 

Вместо этого власти предпочтут путь абстрактного контроля, нацеленного на средства и активы граждан. Государство всегда найдет очень интересные способы заставить своих граждан испытывать денежный патриотизм. 

Самая простая тактика — продать простолюдинам низкодоходные гособлигации, взывая к их любви к стране и тем самым убеждая патриотично инвестировать весь свободный капитал в государство. Популярный пример этого — военные облигации. Они превращают обычных граждан в «инвесторов» в войну. Теперь интересы властей и граждан совпадают. Мы выиграем войну, а вы получите свои деньги обратно. 

Эти военные облигации не принесут дохода выше ставки инфляции в стране. В противном случае государство медленно обанкротилось бы. Но власти никогда не будут говорить о том факте, что доходность ниже инфляции. Наоборот, они будут надеяться, что граждане попросту этого не заметят, поскольку не разбираются в математике облигаций. (К слову, я верю, что вовсе неспроста детям не преподают финансовую грамотность. Таким образом люди становятся беззащитными и податливыми перед лицом обманчивых политиков, рассказывающих финансовые сказки). 

Но как бы правительство ни пыталось продать общественности эти облигации, обычный человек, скорее всего, понимает, что война равна инфляции (или, по крайней мере, он это поймет с течением времени). Покуда существуют человеческие цивилизации — ведутся войны. И власти всегда используют инфляцию, чтобы «заплатить» за войну. Рано или поздно это заставит граждан искать выход из этого замкнутого круга. 

С точки зрения властей именно по этой причине контроль за движением капитала — то есть законы, запрещающие или ограничивающие вывод средств и активов из внутренней экономики — должен существовать в стране. Без него предатели будут переводить свой капитал в твердые деньги, тем самым перекрывая кислород для пламени войны. Контроль за движением капитала делает почти невозможным побег из финансовой системы страны, поскольку все варианты обмена местной валюты на более твердую или покупка финансовых активов с более высокой доходностью фактически запрещены. И как только граждане окажутся в финансовой ловушке государства, они, скорее всего, сдадутся обстоятельствам. Все-таки получать крохотную доходность, не превышающую инфляцию, лучше, чем не получать ничего. Вот таким образом и начинается трансформация блудных сыновей и дочерей страны в финансовых патриотов. 

Давайте же рассмотрим, как разные страны внедряли контроль за движением капитала во время Второй мировой войны. 

Прямой контроль за движением капитала 

Прямой контроль за движением капитала запрещает передвижение средств между границами и валютами. В конечном счете власти получают пул капитала, который можно с легкостью направить на «патриотические» цели.

США 

Во время Второй мировой войны движение капитала за пределы США было преимущественно не ограничено. У США была самая сильная экономика, а все бои велись за пределами страны. Это значит, что у местного капитала не было особых причин покидать внутреннюю экономику.

Единственным активом, за которым велся строгий контроль со стороны властей США, было золото. 

В течение многих десятилетий Федеральная резервная система США (ФРС) должна была хранить 40% от выпущенной валюты в золоте и выкупать золото у граждан страны по ставке в $20.67 за унцию. Но Закон о чрезвычайной банковской деятельности от 1933 года позволил президенту США получить больший контроль над банковской системой, международными переводами и золотом. Именно это и легло в основу Исполнительного приказа 6102, который был принят президентом Франклином Делано Рузвельтом во время Второй мировой войны. Приказ обязал граждан США сдать золото правительству или же заплатить штраф. 

Конфискация золота президентом Рузвельтом означала, что частные владельцы должны были в банке обменять на доллары свои монеты, слитки и сертификаты на золото по ставке $20.67 за унцию. В течение следующего года президент повысил стоимость золота до $35 за унцию, чем в стремлении запустить инфляцию и подстегнуть экономику снизил доллар на 40%. Этот шаг входил в план Рузвельта по отмене золотого стандарта в США. Запрет на владение золотом длился до декабря 1974 года, пока президент Форд вновь не легализовать частное владение драгметаллом.

Только подумайте: контроль над золотом длился 41 год, в течение которых доллар США потерял 80% своей покупательской способности по сравнению с золотом. Захваченный капитал — это мертвый капитал. 

Великобритания 

В Великобритании был намного более обширный контроль за движением капитала. Он касался большей части импорта и экспорта, а также частных портфелей и розничных инвестиций. Такая политика была имплементирована в 1939 году в рамках закона о Чрезвычайных полномочиях. Позднее, в 1947-м, он был обновлен до Закона о контроле за обменом валюты.

Продажа акций, обмен фунтов стерлингов на любую другую валюту и движение средств за пределы страны были под жестким контролем. Ваш капитал на самом деле был не вашим. Вы могли продавать акции, обменивать валюту или отправлять средства за границу, только если правительство было согласно с вашими аргументами на подобные действия.

Профессор Дайсуке Икемото писал: 

«Контроль обмена был введен в 1939 году в военное время, но действовал и после окончания военных действий. Это позволило следующему правительству Великобритании сохранить фиксированный обменный курс и сопоставить его с их политикой управления спросом». 

Германия 

Во время войны власти Германии ввели контроль за движением капитала, который направлял средства граждан в «инвестиции» в гособлигации. Более детальное описание этих мер я дам в следующем разделе, где рассмотрю доходность немецких гособлигаций в военное время. 

В послевоенное время, в первые годы существования Федеральной Республики, дефицит текущего счета операций и нехватка валютных резервов привели к тому, что власти страны ввели строгий запрет на вывод капитала из экономики. Правовая основа для такого шага была закреплена в валютных правилах Союзнической оккупации. К началу 1950-х текущий счет операций Западной Германии принес профицит, и власти страны смогли наконец погасить все долги. В 1952 году ограничения на прямые иностранные инвестиции за границу начали смягчаться. К 1956 году гражданам позволили инвестировать в иностранные акции. 

Япония

У меня нет достоверной документации о контроле капитала, с которым столкнулись граждане Японии. Однако я нашел статью, описывающую различные способы, с помощью которых Япония вывозила товары первой необходимости из стран Юго-Восточной Азии, оккупированных ею во время войны. Приведу отрывок из статьи: 

Эта статья анализирует способы финансирования оккупации стран Юго-Восточной Азии, оправки ресурсов в Японию, а также монетарные и инфляционные последствия, с которыми столкнулись власти Японии. В Малайе, Бирме, Индонезии и на Филиппинах была введена система военных билетов для оплаты ресурсов и оккупационной армии, что позволило сильно увеличить денежную массу. Несмотря на высокую инфляцию, гиперинфляция отсутствовала почти полностью из-за продолжающегося спроса на деньги для переводов, денежной монополии Японии и снижающегося потенциала Японии в вопросе отправки ресурсов домой. В Таиланде и Индокитае стоимость оккупации и двусторонние клиринговые операции создали условия для практически бессрочной покупательной способности Японии. В результате власти Японии смогли перевести до трети годового ВВП Индокитая. Несмотря на то что правительства Таиланда и Индокитая финансировали требования Японии за счет печати огромного объема денег, инфляция росла лишь вместе с расширением денежной массы. Это произошло из-за того, что деньги все еще использовались как средство сбережения в регионах с избытком риса.   

Если Япония, даже ввиду нехватки товаров первой необходимости, направила треть  годового ВВП Индокитая на продолжение военных действий, то вы же не думаете, что власти этой страны разрешили обычным гражданам избежать патриотических финансовых обязанностей, позволив направить свой капитал за границу? Если вы думаете, что простаки из Японии смогли избежать этого, то, должно быть, вы дурак. 

После войны фокус властей сместился на восстановление экономики, а значит, государство должно было жестко контролировать отток и приток капитала. В первые дни союзнической оккупации была внедрена эта политика, которая в конечном счете стала Законом о контроле за иностранной валютой и внешней торговлей от 1949 года. Все трансграничные потоки капитала были под запретом, за исключением тех случаев, когда они получали одобрение со стороны администрации. И только в начале 1960-х эти запреты начали ослабевать, но даже тогда это касалось только определенных потоков капитала, связанных с внешней торговлей.     

Послевоенная ситуация в мире 

Внизу приведен график, на котором отображены уровни распространения контроля за движением капитала после вступления в силу Бреттон-Вудского соглашения.

Сегодняшний конфликт 

Давайте сделаем небольшой шаг вперед, чтобы понять, как выглядит прямой контроль за движением капитала в сегодняшнем мире. В разгар конфликта в Украине власти России предприняли некоторые меры для укрепления рубля. В частности, ввели лимит на снятие более $10 000 для потребителей и обязали компании конвертировать иностранную валюту в рубли. Желаемый результат по укреплению рубля был достигнут, а власти страны оправдали эти ограничения необходимостью избежать финансовых потерь и обещали снять их после того, как риски снизятся.    

На этом мы заканчиваем перевод первой части эссе Артура Хейса «Ради войны». Вторая, заключительная, часть будет опубликована завтра, 15 сентября. В ней Хейс рассматривает устройство военных облигаций и уровень их доходности, а также приводит аргументы в пользу того, что биткоин — лучшее средство для защиты накоплений для людей по всему миру. Не пропустите!